Блог декана

Кудрина если и рассматривают как политика, то только как оппозиционного

«Неприличный» жест Алексея Кудрина и отставка министра-долгожителя стала первым взносом в «информационную копилку» выборной кампании 2011–2012, но... вовсе не сенсацией. Более того, у внимательных и памятливых вся эта история вызывает ощущение déjà-vu. Так называемый демарш столь, казалось бы, тихого и спокойного главы Минфина (а каким, собственно, подобает быть главе финансового ведомства? нервным и импульсивным, что ль?) столь явственно отсылает нас к уже подзабытой истории первого президентства Владимира Путина...

«Неприличный» жест Алексея Кудрина и отставка министра-долгожителя стала первым взносом в «информационную копилку» выборной кампании 2011–2012, но... вовсе не сенсацией. Более того, у внимательных и памятливых вся эта история вызывает ощущение déjà-vu. Так называемый демарш столь, казалось бы, тихого и спокойного главы Минфина (а каким, собственно, подобает быть главе финансового ведомства? нервным и импульсивным, что ль?) столь явственно отсылает нас к уже подзабытой истории первого президентства Владимира Путина...

Вспомните события без малого 12-летней давности. Став временно исполняющим обязанности главы государства, Владимир Владимирович перебрался с Краснопресненской набережной в Кремль, оставив «на хозяйстве» тогдашнего министра финансов, своего заместителя и «наиболее доверенное» лицо на тот момент... Михаила Касьянова. (Чем, к слову, не первый опыт — не сказать «первый блин» — в деле «тандемостроительства»?)

И Касьянов, и Кудрин в роли минфинов смотрелись вполне органично и убедительно, к тому же весьма походили друг на друга. Первый грамотно разрулил ситуацию с МВФ, Парижским и Лондонским клубами кредиторов, после того как в августе 1998-го Россия ввела мораторий на обслуживание своих внешних обязательств. Второй — весьма ловко управлялся с инфляцией и удерживал в заданных параметрах курс рубля, не допуская ни «черных вторников», ни других «черных» дней недели. Михал Михалыч, точно так же как и Алексей Леонидович, сидя еще только в министерском кресле, не участвовал в интригах и политических разборках.

Критикуемые у себя в стране (а когда в России финансами довольны были?), они имели немалый вес за рубежом (Кудрин, напомним, даже был признан лучшим министром финансов по версии весьма авторитетного журнала Euromoney). Добавим сюда доверие со стороны их непосредственных начальников. И, наконец, повышенный интерес к обоим после отставки со стороны так называемой оппозиции.

В своем эмоциональном выступлении, предопределившем собственно отставку Кудрина, Дмитрий Медведев как бы невзначай вспомнил о сделанном тому еще в начале года предложении возглавить «Правое дело» и о решении Алексея Леонидовича предложение это отклонить... Зачем? Отчего? Только ли из-за того, что будущий премьер Медведев пробует себя в роли теперь уже не государственного, а партийного лидера? Или вспомнились прежние премьерские амбиции ныне опального министра?

Напомним, к премьерскому креслу Кудрина «примеряли» неоднократно. Несколько интимная деталь: Алексею Леонидовичу пришлось даже... добавить представительности — родинку на лице удалить. Случилось это еще в 1990-е, то есть задолго до того, как нынешние премьер и президент комфортно расположились на политическом Олимпе страны. Воистину, старожил!

Касьянову же дополнительная «представительность» вроде как никогда и не требовалась. Но он все равно проиграл в споре о том, какой глава правительства нужен стране — «технический премьер» или «премьер-стратег», премьер-политик. Фрадков, Зубков... Эти так называемые мавры, дело сделав, преспокойно уходили в политическую тень.

Нынешний же премьер срок себе отмерил четко и ни в какую тень прятаться не намерен. Будущий премьер, видимо, последует его примеру... А как же Кудрин? Что делать ему в складывающемся пасьянсе? Оставаться «вечным дежурным» по российским финансам? С этой ролью Алексей Леонидович, по всей видимости, мириться не собирался. Он явно рассчитывал на гораздо большее, нежели сохранение за собой порядком насиженного министерского (оно же — вице-премьерское) кресла. Вот и решил попробовать себя в новом качестве. Оттого и заявление, сделанное в выходные, вряд ли является таким уж поспешным, как может показаться на первый взгляд.

Правда, выбранная на случай публичного президентского разноса модель поведения (сидим молча, слегка надув щеки; в глаза начальству не смотрим, взгляд вообще ни на ком и ни на чем не фиксируем и т. п.) уместна, если, скажем, собравшиеся обсуждают вопросы «где денег взять?» или «куда деньги подевались?» А вот для начинающего политика...

Хотя, если вспомнить слова президента о предложении от «правых», Алексея Леонидовича если и рассматривают как политика, то политика оппозиционного. А какая в современной России оппозиция...

Источник "Известия"